(об игровой зависимости)

«Вы не такие цветные и очень медленно двигаетесь. Мне с вами так скучно».

Из разговора шестилетнего мальчика - страстного поклонника
видео- и компьютерных игр - с родителями.

Русское слово агония происходит от греческого "agonia", означающего "игровое состязание, поединок, борьбу, страх", а позднее, во времена Платона, "душевную борьбу, страх". Язык часто выражает то, что человек скрывает или не замечает, в данном случае предупреждая, что между игрой и предсмертным состоянием существует глубинная психологическая связь.

Впечатляют некоторые цифры. Так, по свидетельствам периодической печати, более 10 миллионов Шведов являются зависимыми от игр. В США 3 миллиона игроков обращаются за помощью и наблюдаются психотерапевтами. Курс лечения этой зависимости, обходящийся в одной из шведских клиник 200 тыс. долларов, имеет вероятность излечения не более 50%.
Проблема игрового пристрастия актуальна и для постсоветских государств: салоны игровых автоматов и многочисленные казино стали непременным атрибутом большинства городов.
Ключевое чувство любой игровой зависимости - азарт. От всех других чувств азарт отличается тем, что его предметом являются сами положительные эмоции. Вначале человек стремится испытать эти эмоции, а затем неуклонно движется к тому, чтобы они им овладели. Тогда чувство азарта становится аффектом - глубокой и длительной эмоцией - при котором рациональный контроль существенно уменьшается. Аффект сужает восприятие, воля концентрируется на одной - единственной цели. Как и при алкоголизме, игровая зависимость превращает жизнь человека в игру. Наслаждение, которое приносит игровое пристрастие, заменяет жизненную активность. Сила азарта соответствует степени регрессии личности на более ранний уровень развития в виде ухода от реальных действий в иллюзорное прошлое, где существует немедленное наслаждение, волшебное разрешение проблем и нет обязательных законов или ограничивающих правил.
Ставка в различных играх различна. Поначалу она бывает символической, затем - вполне материальной, а в конечном итоге становится экзистенциальной. Игровое пристрастие в своем логическом завершении ставит человека перед выбором между жизнью и смертью, и тогда ставка ни на что другое уже невозможна. Выбор сужается до двух вероятностей - жить или умереть, быть личности или состоянию экстаза. Становится понятным, почему игровая зависимость относится к саморазрушающему поведению.
Если азарт достигает степени пристрастия, то в медицинской системе координат это именуется аддиктивной зависимостью. Она характеризуется тем, что чрезмерное игровое стремление существует, а его удовлетворение не наступает. На этом этапе переживание экстаза перестает быть целью. Теперь сам процесс игры превращается в цель. Болезненное пристрастие становится неудержимым, существование сосредотачивается на игровом пространстве: важно быть там, где играют. К остальной жизни проявляется холодное безразличие. Поэтому обычно зависимые игроки равнодушны, перестают следить за собой, не замечают близких. Гоголевский игрок говорил: "С тех пор не имел я практики в продолжение месяца. Представить не можете, какую испытывал я скуку во все это время. Скука, скука смертная".

Говоря об игровой зависимости, невозможно не упомянуть о еще одной форме аддиктивного поведения в современных условиях – КОМПЬЮТЕРНОЙ ЗАВИСИМОСТИ. Она проявляется в следующих формах:
1. ЧРЕЗМЕРНАЯ УВЛЕЧЕННОСТЬ РАБОТОЙ В ИНТЕРНЕТЕ – собственно поиск информации (нетаголизм).
Из-за неограниченного доступа к информации и «информационного вампиризма» пользователя она нередко создает иллюзорное ощущение собственной мощи. Особая опасность стать зависимым от Интернета подстерегает тех, для кого компьютерные сети оказываются почти единственным средством коммуникации с миром.
2. БОЛЕЗНЕННАЯ ЗАВИСИМОСТЬ ОТ ВИДЕОИГР.
Опасность, проявляющаяся в болезненной зависимости от игр, состоит в бесконтрольной компьютерной игровой деятельности. Побочными эффектами видеоигр является чрезмерная вовлеченность, нарастание агрессивности (особенно у детей), повышается уровень тревожности при отсутствии возможности реализовать игровое пристрастие. Увы, известен не один случай, когда мальчики предпочитали компьютерный клуб занятиям в школе и спортивным тренировкам, из-за страха умножая с каждым днем ложь родителям и учителям.
3. ПОГЛОЩЕННОСТЬ ОБЩЕНИЕМ ON-LINE С ДРУЗЬЯМИ ПО СЕТИ.
Это дает возможность найти себе виртуального собеседника, практически удовлетворяющего любым критериям. Важно, что при этом не дается никаких обязательств поддерживать с ним общение в дальнейшем. Эта форма зависимости приводит к пренебрежению личностными контактами в реальной жизни и имеет специфические возрастные особенности.
Дети из-за чрезмерного Chat-увлечения часто просто не могут остановиться и из-за этого нередко опаздывают или вовсе пропускают занятия в школе, и даже при нарастании явлений школьной дезадаптации не в состоянии прекратить работу в сети: некоторые просыпаются утром с мыслью об Интернете.
В жизни подростка увлечение Chat становится лидирующим. Круг иных интересов сужается. Заинтересованность и эмоциональное оживление в беседе возникает лишь при затрагивании компьютерной темы: в этот момент подросток преображается – у него учащается дыхание, появляется блеск в глазах. Диалог превращается в монолог: он может подолгу рассказывать о преимуществах той или иной системы, о возможностях, открывающихся при работе с компьютером. Подростки почти не замечают окружающего, не откликаются на реакции собеседника (элементы аффективно суженного сознания), в ситуациях выбора в подавляющем большинстве случаев предпочтение отдается деятельности, имеющей отношение к компьютеру. Отмечаются трудности засыпания, чрезмерная экзальтация. Попытки родителей ограничить общение подростков с компьютером вызывают бурную реакцию протеста ("За компьютер дети стоят насмерть"). При вынужденном перерыве возникает чувство опустошенности, скуки ("Не знаю, куда себя деть"; "Как будто спрыгнул с мчащегося поезда"). Компьютер приобретает характер сверхценного увлечения с явным ущербом для других сторон жизни, прежде всего, общения с реальными людьми, и выраженным аффективным напряжением.

Существует ряд ОБСТОЯТЕЛЬСТВ, ПО НАЛИЧИЮ КОТОРЫХ МОЖНО СУДИТЬ, СТРАДАЕТ ЛИ ЧЕЛОВЕК КОМПЬЮТЕРНОЙ ЗАВИСИМОСТЬЮ:
1. Потребность во все большем времени работы на компьютере для достижения удовлетворения;
2. Наличие следующих признаков (двух или более), возникающих при прекращении или значительном уменьшении времени работы на компьютере:

• речедвигательного беспокойства (суетливости);
• тревоги;
• сниженного фона настроения, чувства опустошенности;
• навязчивых мыслей о компьютере;
• активных действий, предпринимаемых для возобновления доступа к компьютеру (среди которых - конфликты в семье и на работе, частые посещения знакомых, имеющих компьютер в неподходящее время, невзирая на реакцию хозяев, нарушение межличностных контактов и т. п.);
• уменьшение или исчезновение вышеперечисленных признаков при возобновлении работы на компьютере;

3. Непреодолимое желание и/или безуспешные попытки прекратить или контролировать работу на компьютере;
4. Прекращение, сокращение, или видоизменение актуальных ранее видов социальной деятельности;
5. Продолжение работы на компьютере, несмотря на явные психологические проблемы (депривацию сна, семейные проблемы, супружеские конфликты, опоздания на работу и утренние встречи, пренебрежение служебными обязанностями, снижение продуктивности в учебе или работе и т. п.)

За рубежом существует несколько on-line-центров поддержки интернет-аддиктов, один из которых основан Кимберли Янг, самым известным исследователем компьютерной зависимости. В Рунете на сегодняшний день есть Служба Анонимной помощи пользователям Интеренета, предлагающая психологическую поддержку он-лайн с помощью ICQ - сетевого аналога службы неотложной телефонной помощи и "Виртуальной психологической службы". Как бы ни были хороши эти виртуальные службы психологической помощи, значительно более эффективна очная индивидуальная и/или групповая психотерапия с акцентом на работе с образами, эмоциями, поскольку зависимые люди, как правило, испытывают значительные затруднения в эмоциональном плане. Соответственно, в лечении предпочтительнее использовать именно групповые варианты психотерапии.